Category: еда

Category was added automatically. Read all entries about "еда".

Как съесть шаурму в Стамбуле и стать счастливым

_MG_5714

Кто поехал в Турцию, и не ел там шаурму — тот дурак (простите, друзья вегетарианцы, мне кажется, что дальше вы можете не читать). Так как мы с Барановым совершенно точно не дураки, а в смысле пожрать, так и вообще весьма одаренные, то шаурму мы ели в первый, второй и третий день нашего набега на Стамбул. Ну должны же мы были как-то перекусывать между нормальными приемами пищи?

В процессе перекусов мы сделали два важных открытия. Открытие первое: даже самая вкусная московская шаурма не идет ни в какое сравнение с настоящей шаурмой из задрипанной стамбульской палатки, что бы ни говорили знатоки «той самой палатки на Арбате».

Открытие второе: в Стамбуле, как и в Москве, вместо шаурмы вам легко могут подсунуть малосъедобную дрянь. И вот что неприятно: палатка будет не менее задрипанная, мужчина в фартуке — такой же улыбчивый, надписи — такие же непонятные, цена — один в один. А шаурма — никакая не шаурма, но безвкусная курица в резиновом лаваше, залитая майонезом.

Мы с Барановым решили, что должны спасти человечество (ну, или хотя бы несколько человеческих жизней) от гастрономического провала и рассказать, как покупать шаурму в Стамбуле так, чтобы не было мучительно невкусно. Тем более, что тут выяснился обнадеживающий факт: дело не в том, что тебя, человека с картой и фотоаппаратом, решат накормить дерьмом и содрать с тебя лишних денег, «потому что она туриста все равно ничего не понимать». Не-не! Надо просто найти правильную палатку.

Шаг первый. Ищите мачо.

_MG_5706

Ну ладно, так уж и быть, мачо тут не при чем, но скажите-скажите, что этот турецкий Брюс Виллис не достоин того, чтобы опубликовать его фотографию.

Ищите такую вот, средне-цивилизованную палатку. Их десятки, и выглядят все они примерно одинаково. Сначала ты приезжаешь и шарахаешься от них (как в Москве), потом немножко привыкаешь, и тогда уже можно присматриваться и выбирать.

_MG_5713

Надпись на палатке «Tavuk doner» обозначает то, что нам нужно. Это шаурма из курицы. Цена вопроса — от 3 до 5 лир. 3 лиры — это примерно полтора доллара. Ох ты ж, мать моя женщина, ну и цены. Полтора доллара. Да они совсем оборзели.

Итак, правило 1: подходим — и через стекло смотрим на мясо. В правильной шаурмачной курица на гигантском шампуре будет обязательно переложена овощами. Мясо должно быть золотистого, чуть морковного цвета. А на поддон с него должен капать соус, который будут добавлять в шаурму. Если перед вами сухая куриная гора — удирайте, пока вас не заставили это купить. Это не то.

Правило 2: ищите кетчуп и майонез. Две большие пластиковые бутылки обычно стоят по правую руку от мужчины с ножом. Нашли? О! Вас уже и повар заметил? Улыбаемся, киваем, спрашиваем, как пройти в библиотеку — и снова сваливаем.

Никогда в порядочной шаурмачной вам не предложат кетчупа с майонезом. Скажем больше: в порядочной шаурмачной ваше мнение вообще никого не интересует. Вы говорите: «Tavuk doner!» — и вам делают тавук донер. Сможете выговорить: «Köfte!» — пожалуйста, вот вам кёфте. Но никто не будет лебезить и спрашивать: «Вам с луком? А картошку класть? А с помидорки шкурку очистить?» Хорошая шаурма вкусовщины не терпит. Вкусовщину приберегите для приемки корпоративного фирменного стиля.

_MG_5708

Итак, никакого кетчупа, только специальный томатный соус со специями. Мясо, смесь овощей, картошка — ага, кое-где в шаурму добавляют картошку, и этот делает ее только лучше. Вся эта радость заворачивается в лаваш, который, к слову сказать — обыкновенный лаваш промышленного производства, из пакетов. Тот самый, что у нас — армянский: тонкий, не до конца пропеченный, и из-за этого слегка резиновый.

Но вот — последний штрих. То, что делает шаурму шаурмой. Завернув, ее запекают на гриле. Поэтому правило 3: ищите гриль. Маленькая такая печка, типа вафельницы: положил шаурму на неё, и сверху прижал. Если такая есть, то будет вам идеальная шаурма. Если нет — бу, все пропало.

Вот так выглядит идеальная шаурма, которую для нас любовно разрезали на две половинки.

_MG_5714


К шаурме — чай. Самый обычный местный чай, и — вуаля! — перед вами лучший завтрак на земле.

_MG_5718

А это жена того мачо с резаком — хозяйка шаурмачной. Мужчина сделал нам поесть, вскочил на мотоцикл и уехал. А его жена болтала с нами, пока мы завтракали, и любезно разрешила ее сфотографировать. Только правую руку быстро убрала из кадра, потому что в ней сигарета. Турчанки ужасно много курят. В парках, в кафе. Просто идешь по улице за женщиной в черном хиджабе, а над ней поднимается синеватый дымок. Но на фотографии с сигаретой — некомильфо.

_MG_5722

Тель-Авив



С сегодняшнего дня по 29 апреля я в Израиле. Совмещаю приятное с полезным. В телефон пишите смс, в компьютер — электронные письма. Работаю, поэтому отвечаю оперативно.

Кстати, у меня с собой парочка «Батискафов». Если есть желающие встретиться в Тель-Авиве — давайте, почему бы и нет.

Ниже — чуточку, что успела — фотографии Тель-Авива, города, отдыхающего после Песаха.

Collapse )

Я стояла в очереди перед кассой в «Макдональдсе»

Я стояла в длинной очереди перед кассой в «Макдональдсе».

Прежде чем написать это я переместила внимание в живот, подышала, выпрямила спину, расправила плечи, приподняла подбородок. Сознаваться нужно смело глядя в монитор справедливости. Делать это надо так, будто бы это само собой разумеется, и даже повод для гордости: стоять в очереди в «Макдональдсе».

Среди моих друзей очень много адептов органического питания. А есть вегетарианцы. Эти делятся на две группы: одни считают, что рыба — существо растительного происхождения, а другие — что отказавшись от молока человечество выведет корову с веселыми глазами. Я знаю много сторонников разных диет, постов и других пищевых ограничений. Самая многочисленная группировка моих друзей уверенно отличает съедобное от несъедобного. Это помогает не только блестяще играть в одноименную игру с мячиком, но также позволяет на завтрак, обед и ужин есть еду, а не пластилин. Я сама уважаю любые формы осознанного питания, но принадлежу к категории людей, которые в большей степени озабочены здоровьем своей нервной системы, следовательно, предпочитают вкусное полезному.

Ну и еще у меня бывают срывы в виде «Макдональдса».

Вообще я долго думала, сознаваться или нет. Я думала: «Для повествования нет никакой разницы, в какой очереди я стояла. Пусть это будет очередь в кассу Большого театра. Или очередь за вегетариано-органическими яйцами. Зачем сразу накалять атомосферу? Что за любовь к дешевым спецэффектам?»

Но когда вы дочитаете до конца, то поймете, почему я сознательно взошла на эшафот гастрономического линча.

Так вот. Я стояла в длинной обеденной очереди перед кассой «Макдональдса».

Collapse )

Берлин, блин



Я так распустилась. Так распустилась. Ничего не пишу, а ведь мне есть чего интересного рассказать и показать. Пока я сидела дома в гипсе, времени было навалом, но жизненных сил хватало только на то, чтобы на одной ноге перепрыгивать порожки между комнатами. Теперь я уже, хоть и нелепенько, но передвигаюсь, а во сне даже прыгаю и бегаю. Снова стало много дел и, конечно — я немедленно осознала всю тяжесть данных мною обещаний рассказать, показать и выложить фотки.

Для начала я закрою немецкий гештальт и расскажу, как я проводила своё тридцатилетие. И кто-то даже, возможно, помнит, как в ночь перед католическим рождеством я, стараниями Борисовой (да-да, она мне метлу подарила), обнаружила себя в самом что ни на есть немецком Берлине.

Collapse )

Тема письма

Однажды ноябрьским вечером, когда я сидела и напивалась кофем в каком-то московском общепите, мне пришло письмо. Это вполне естественно, что оно пришло туда — в общепит, потому что я редко выползаю из дома без ноутбука. И так, как это было письмо от Борисовой, то вполне естественно, что тема письма была обозначена как «Еб твою мать». Давно уже установлено, что если нужно найти какое-то важное рабочее письмо от Борисовой, то быстрее всего оно находится, если ввести в строке поиска «еб твою мать» или «нахуй». И раз — самые важные сметы, самые важные договоренности и самые важные документы — единым списком, как на лодони! Вот что значит — умение правильно организовать переписку.

И вот оно приходит ко мне, это вот письмо, с такой вот темой. И я его открываю, а там написано (внимание, сейчас будет раскрыта тайна частной переписки, принципиальным — не читать):

«Дорогая Вера,

коллектив сумашедших идиотов в составе Резинкиной, Славецкой и меня
(ха-ха) решил совершить ПОСТУПОК. Результат нашего поступка во
вложенном файле. У тебя есть выбор: послать нас нахуй или не послать.

Короче, пускай это будет первым подарком к новому году! Ура!

Коллектив идиотов.»


А там... а там... мой билет в Берлин на дветысячиодиннадцатилетие Христово и тридцатилетие меня!

Конечно же я сразу пришла в состояние невменяемого счастья, и вот теперь я сижу в аэропорту «Домодедово» и собираюсь через полчаса скорбно вползти в самолет.

Почему скорбно? Потому что именно сегодня утром, пока я наливала чай на завтрак (а машина, чтобы везти меня в аэропорт должна была уже через полчаса приехать), Лега пришел на кухню с вопросом: «Мама, а у нас есть клопы?» «Нет, конечно!» — ответила я, не оборачиваясь. «Интересно, — сказал Лега, — тогда что же это?» И тут я обернулась. И увидела ее. Самую настоящую ветрянку, густо покрывающую всего шестилетнего мальчика. Семейный совет в лице Дорофеева принял решение, что мне-таки ехать все равно, потому что мазать болячки зеленкой он и сам умеет. Но я до сих пор еще жду звонка из дома и готова рвануть обратно.

Почему вползти? Потому что у меня уже месяц болит коленка, а три дня назад врачи поставили, что у меня там что-то испортилось или порвалось — в общем, я хромаю так комично, что всем сразу понятно: эта собралась в Берлин на Рождество, ну точно! Да еще, небось, и на собственное тридцатилетие. Ха-ха-ха! Такого подарка от своего организма можно ожидать только в таком сугубо важном случае.

Угу. Это они еще не все знают.

Но тем не менее. В обнимку с ноутбуком, на прямой связи с Игоряном Борисовичем, несмотря и невзирая, я прусь. Все. Посадку объявили.

Борисова, меня уже скоро надо будет встречать.
Ох ты ж еб твою мать. Вот это да.

О более привилегированном потреблении

Начала читать книжку Конашевича «О себе и о своем деле». Воспоминания, письма, статьи. И там в самом начале — абзац о москвичах второй половины XIX  века. И этот абзац я не могу не привести, так он радует и веселит меня. Хотя если знать, что Конашевич писал его, находясь в блокадном Ленинграде, то становится как-то не так весело.


«... новые потребности вызывают в городах еще новое явление. Раньше зажиточный и даже средний житель города — это чаще всего помещик, приезжавший в городской свой дом... на зиму и привозивший вместе с многочисленными мамками, няньками, казачками, «камардинами» и прочей дворней огромный запас всякой снеди своей деревенской заготовки — копчения, соления, варения и проч., и проч., и проч., — который с установлением санного пути постоянно пополнялся. Городские лавки существовали больше для простого рабочего люда, и только в двух-трех «французских» магазинах содержались иностранные тонкие разносолы и вина для любителей и знати. Теперь со второй половины XIX века, постоянный горожанин — уже не только мастеровой да мелкий писарь. Город притягивает и помещичьих сынков на постоянную жизнь, плодит и размножает купцов всякого типа и ранга; банки и конторы наполняют город деловыми людьми и людишками. У всех этих любей и людишек потребности растут и множатся, а поместий, откуда везти копчения, соления, да домотканые сукна, нет. Вот тут и начало того обилия лавок, которые снабжают горожанина всяким продуктом...

...где, как не в Москве, это обилие должно было дойти до полного расцвета и даже много перехватить в совей изысканности. Москвич тонок и внимателен к еде, да и ко всякой вещи, и во всем ты ем подай самое настоящее. Да он и сам знает, где его искать, за чем куда идти. Городские сухари всех сортов... брались у Чуева; торты — у Трамбле. У него же и пирожные всех видов — только не меренги, боже упаси: за меренгами москвич шел к Флею! Фруктовые конфеты, цукаты и все, что из фруктов — у Абрикосова и у Сиу; но не пастилы и смоквы: эти только у Прохорова. Кулебяки, пирожки и калачи — у Филлипова: хоть калач повсюду тот же калач — более точного стандарта не создашь, — но так уж повелось. В больших гастрономических магазинах на Тверской — у Белова и Генералова — все колбасные изделия — объедение! Но чтобы настоящий, уважающий свой вкус москвич взял у них сосиски? Никогда! Он за ними поплетется на Цветной бульвар, в маленькую колбасную Бензеля. Зато уж ничего другого, кроме венских сосисок, там не возьмет, хоть и все остальное у этого немца отменно хорошо. А громовские сельди, а горшковская ветчина, а тостовские блины и поросята, которых отпаивали молочком в особых стойлицах, чтобы жирок не «сбрыкнули»! И так во всем, во всем — не только в еде, конечно. (На еде-то я застрял потому, что мы сейчас только о ней и думаем!)"


Козули или Нужно ли так убиваться?

Этот пост посвящается всем тем, кто зажегся желанием испечь козули.

Сейчас я вам это желание-то поумерю! :)

То есть нет, чуть позже, я очень постараюсь восстановить по шагам тот рецепт, по которому я пеку козули. Формально рецепт теста никак не отличается от тех рецептов козуль, которые можно найти в Интернете (я искала, так что знаю). Все неформальности я постараюсь собрать и написать, только не обещаю, что очень скоро.

Но я просто обязана оговориться — я всегда выпекаю козули под чутким руководством подруги моей мамы, которая когда-то пережгла на козулях не один и не два мешка сахару.

Сама я никогда не рискнула бы печь козули в одиночку. То есть нет, один раз я рискнула. Это было несколько лет назад. В итоге мои вполне симпатичные козули можно было использовать в военной промышленности, для постройки укреплений — настолько жесткими они были. А глазурь тогда так и не застыла. И было очень жаль большую кастрюлю, в которой я пережигала сахар. Бедняжку пришлось выбросить.

Это я все к тому что козули, вообще-то, для героев труда. А результат подвига, особенно в первые разы — не гарантирован вообще.

Это минимум два дня стоять не разгибаясь на кухне — день на «испечь», второй на «расписать». Все попытки уложиться в один день — всегда приводят к провалу: или качество страдает, или просто... все равно приходится тратить еще один день.

Приятный румяно-коричневый (а иногда с шоколадным оттенком) цвет козуль достигается за счет «жженки» — сахара, пережженого до черноты. Жженка придает козулям особенный карамельный привкус, которого нет в обычных пряниках. Предупредите соседей, что вы будете печь козули — иначе они могу вызвать пожарных, почуяв запах паленого сахара. И еще раскаленная жженка совершенно прелестно плюется из кастрюли в разные стороны, а в то же время ее нужно непрерывно помешивать — а то пригорит к кастрюле навека.

У козуль очень капризное и очень крутое тесто. Хорошо, если под рукой есть мужчина, который будет фанатично, в течение всего процесса раскатывания и вырезания, его вымешивать. Сначала большие куски, а потом отдельно каждый раскатываемый кусочек, из которого вырезается одна-две, ну ладно — три! — козули. Чуть только дашь слабину в вымешивании — и целый противень козуль идет пузырями, из-за неоднородности теста. Особенно трудно, когда собираешь обрезки теста, чтобы снова сделать из них совершенно однородный комок.

Еще сложность — формы для вырезания. Промышленного их производства не существует в природе. А, если вы могли заметить по фотографии из предыдущего поста, формы довольно специфические. Традиционные козули — они, кстати, происходят от слова «косуля»  (а вовсе не «козуля из носа», как тут некоторые неостроумно демонстрировали свое невежество) — потому что самая традиционная из всех традиционных форм козули — это олень. Потом идут петухи, елки, Деды Морозы и прочие новогодние друзья. Можно, конечно, вырезать их ножом (как делают, когда пекут целые инсталяции из козуль — города, деревни, церкви)  — но это можно сойти с ума, и растянуть процесс выпекания не на два дня, а на неделю.

«Где брать формы?» — спросите вы, а я расскажу вам в ответ, что у всех козульщиц — самодельные формы. Их гнут из медной ленты. Или еще можно взять купить большую плоскую круглую банку селедки, селедку съесть, а банку отмыть и нарезать на круги. И вот из этих кругов — уже навыделывать форм. Формам, которыми пользуюсь я, уже много десятков лет. Их делал еще отец той самой подруги моей мамы, которая есть мой главный наставник и учитель в сложном деле выпекания козуль.

Нет, простые сердечки, колокольчики и звезды — можно найти и купить. Но по мне — это уже не то.

И есть еще один момент — трудно испечь настоящую козулю, если ты никогда ее не пробовал. Потому что это очень специфическая пропорция специй, которае улавливается путем пробования сырого теста (наверное, есть какая-то установленная пропорция, но...). В итоге — есть шанс испечь вкусные пряники, но это будут уже не козули.

В моем случае выпекание козуль имеет ритуальное значение.

Но если ритуального значения нет, то сразу возникает вопрос: надо ли так убиваться тем, кто просто хочет хорошего настроения перед Новым годом и вкусных расписных пряников? Ведь расписать глазурью можно любой другой фигурный (ну, например, имбирный) пряник! И наверняка тоже будет очень вкусно.


Кстати! С 22 декабря на ВВЦ, в 69 павильоне, пройдет выставка народных промыслов — и там обязательно будут козульщицы из Архангельска! Так что если кому-то действительно интересно — можно сходить туда.

Другие

Для портала Eва.Ру.

Истинная женщина должна быть изящной. Ее движения должны быть мягкими, но точными: ей ничего не стоит на шпильках перебежать через большую лужу по тоненькой дощечке, молочная пенка от каппучино никогда не окажется у нее на носу, а если и окажется, то истинная женщина тут же изысканно промокнет нос салфеткой и так улыбнется краешками идеально накрашенных губ, что у мужчины на другом конце стола сразу же защекочет в животе и возникнет непреодолимое желание жениться.

Но есть и другая женщина. Та, что непременно навернется в лужу, даже если это будет единственная лужа на всю пустыню, невероятным образом образовавшаяся в условиях многовекового пекла. Даже если это будет лужа-мираж — эта, другая, растянется в нее и наглотается песка. Эта, другая, сделает миниатюрный глоток каппучино, а в следующую секунду фыркнет от смеха так, что вновь пришедшие посетители кафе развернутся и уйдут, решив, что здесь только что пеной тушили пожар. Если же ей повезет, — этой, другой женщине, — и молочная пенка окажется лишь у нее на носу, то она даже не заметит этого. Мужчина напротив станет смущен: как сообщить ей тактично, что у нее весь нос в пене?! Он испуганно улыбнется, посмотрит ей прямо в глаза и потрогает несколько раз свой кончик носа указательным пальцем.

— Ага! Би-би! — радостно поддержит его та, другая женщина, и невозмутимо продолжит рассказывать что-то очень важное, да так тихо и нежно, что немолодая раздражительная В Молодости Эстрадная Артистка попросит официанта пересадить ее «подальше от тех двоих» и поближе к кофейной машине в надежде, что звук перемалываемого кофе заглушит для нее звук голоса той, другой.

Клеймо в виде лилии на плече не так страшно для женщины, как ярлык «неуклюжая». Лилия — это намек на неординарность принимаемых решений и экстравагантный жизненный опыт. Хуже ярлыка «неуклюжая» только ярлычок с порядковым номером на большом пальце ноги, хотя его все-таки можно скрыть правильным подбором туфель, в отличие от неуклюжести, которая в ее многообразии форм полностью маскируется только общим параличом.

Collapse )

...



А у меня есть фотография, которая очень соответствует моему теперешнему состоянию души.

Это сайт Ева.Ру, публикующий иногда мои тексты, решил показать читателям наши с Гортензией одухотворенные лица. На следующей неделе на Еве опубликуется вся фотосессия целиком, и все узнают, наконец-то, что Дорофеева и Гортензия — обыкновенные манерные сосиски. А пока что я набралась наглости и выпросила у главреда одну фотографию: ну а вдруг до следующей недели у меня уже состояние души пройдет нафиг?


Мораль

Я думаю, что для каждого из нас в космической канцелярии предусмотрен специальный менеджер. Как в страховой компании. Ты можешь даже не знать, как его зовут, но он есть, а ты у него числишься в списке под номером 2376. Космический менеджер — это тот, кто в рабочем порядке регулярно проверяет, как там у тебя дела, и отвечает за то, чтобы в день, когда твоему бутерброду полагается упасть, ты не забыл намазать его маслом. Мне бы хотелось думать, что мой космический менеджер — это приятный молодой человек, или толстая, лоснящаяся от космических орехов, белка с накрашенными глазами. Но нет. Все говорит о том, что мне, не знаю уж за какие мои заслуги перед космосом, достался человек известный, а именно: Иван Андреевич Крылов, баснописец. Потому что никто другой не будет так остервенело выводить для меня мораль из всякого случайно брошенного мною слова, всякого поворота головы, любого действия или намерения.

Что сделала бы нормальная белка, получив, к примеру, космический сигнал с планеты Земля о том, что Дорофеева купила летнее платье? Ну конечно! Ничего. Спокойно продолжила бы красить глаза. Позвольте поинтересоваться, что же делает наш баснописец? А баснописец, как ненормальный, несется в департамент погодных условий, расталкивает там всех своим пузом, давит авторитетом и требует, чтобы назавтра случился снег.

— Мне требуема сейчас же наглядная недвусмысленная мораль! — грохочет он, — мне дела нет до того, какой сейчас месяц! Бюрократы! Мне что, звонить Чайковскому?! В отдел времен года? Хорошо, я и позвоню!»

И звонит сразу:

— Петр Ильич, голубчик, посодействуйте, мне никак снега не удается выпросить у этих злодеев! ... Понимаю, июнь... Понимаю, милейший! Но ведь мораль! Мораль! Уж вы поговорите с ними, им же самим проще назавтра дать снегу, чем ваши молодцы будут месяцы года переставлять местами... Это же изменение конституции, как-никак... Спасибо, дорогой мой! Я знал, что на вас можно положиться!»

И вот, все забегали, засуетились — еще бы, сам Крылов позвонил самому Чайковскому! — и в июне на неделю зарядил снег, потому что Дорофеева купила летнее платье. Мораль разве что не выведена усердным космическим пальцем на боку грязной моей машины: нехуя было вчера днем вместо работы идти покупать платье, не успев из-за этого дописать техническое задание. Вот и на тебе: и техзадание не готово вовремя и платья не надеть.

Collapse )