Category: кино

Category was added automatically. Read all entries about "кино".

Исследование дурацкости

Давным-давно, в далекой галактике, после того, как я рассталась со вторым мужчиной всей моей жизни, проведя с ним, в общей сложности, четыре года, я рыдала подруге что-то вроде:

— Ну вот почему я такая дура? А?!

Я тогда от него ушла, потому что я решила, что раз я боковым зрением иногда стала смотреть в сторону, то все. Нужно уходить. И ушла. При всем наличии между нами тогда обоюдоострой любви.

Подруга же отвечала мне со знанием дела:

— Ты, Верка, не дура. У тебя просто ошибка воспитания. Ты просто слишком много книжек читала.

Я тогда совсем не придала значения ее словам. А тут недавно вспомнила, подумала и придала.

Я сейчас вам, тетьки, расскажу, почему мы такие дуры. Это я, конечно, никого не обобщаю, не агитирую, и вовсе не придаю изобретенному мною велосипеду пангаллактического значения. Я сейчас имею в виду примерно штук пять близких мне, любимых моих дур со мною включительно.

Мы с вами дуры, потому что мы используем модели поведения, которые усвоили в процессе изучения курса великой русской литературы 19 века.

Collapse )

Маленькие никчемные подвиги

Когда я возвращаюсь домой, я всегда смотрю: вдруг кто-то ждет меня у подъезда. Я, конечно, хорошо знаю, что мне бы позвонили, предупредили — приеду, заскочу. Но днем, вечером или ночью, когда бы я ни заходила в свой двор, я всегда внимательно смотрю, вдруг кто-то меня ждет.

Это было даже не в прошлой, а уже в позапрошлой жизни. Я жила с родителями и встречалась с молодым человеком — самый конец школы, наверное, ранняя весна перед выпускным. Каким-то совершенно дурацким дождливым утром я зачем-то шла в поликлинику — ту, что рядом с Сандуновскими банями. И на углу около кинотеатра «Россия», я встречаю его, своего молодого человека. И я ему говорю: ой, привет, а что это ты здесь делаешь? А он мне отвечает: а я тут в кафешке сидел и тебя ждал. И такой стоит довольный с зонтиком, мол он меня ждал-ждал, и вот она я, тут иду, и он меня поймал.

И я давай хохотать ему под зонтик: слушай! Да я тут случайно иду, я никогда здесь не хожу в это время! Я вообще сейчас должна быть в школе, как тебе пришло в голову тут меня ждать?! А он мне: а я не знал, где тебя еще можно встретить, и подумал, что, может, вдруг ты тут пройдешь, и ты идешь. Круто — говорю я, — но только мне надо сейчас бежать, потому что в поликлинику, а там надо быть рано, потому что потом в школу. А он мне говорит: ага, иди, мне тоже уже на работу давно пора, я побежал.

Я сейчас писала эти два абзаца и грамматические ошибки исправляла дольше, чем тогда заняло наше свидание на углу около кинотеатра. Две минуты. Ну точно не больше трех. Я думаю, что в моей жизни это была самая важная встреча. Потом был мужчина — важнее. События были — важнее. Много важных, по-человечески важных, людей я узнала позже. Но из встреч — у меня не было важнее встречи. Я думаю, что он сам уже и не помнит этот свой маленький никчемный подвиг.

У меня есть круглая железная банка с богатствами. В ней сережки, у которых вторая давно потеряна, но не выбросить, потому что эти — подарила бабушка, а эти в седьмом классе сама купила в переходе на Пушкинской; там же — грязные монеты, неизвестные ключи, рассыпающиеся плассмассовые бусы и застиранные фенечки из мулине. Серебряное кольцо с дельфинчиком — самая ценная ценность. В той же коробке, среди разноцветных цепочек и заколок, я храню еще и маленькие никчемные подвиги.

Я совсем не умею ждать, когда из кустов выскочит трубадур и бросится помогать мне в остановке слона на скаку. Я все больше живу с ощущением, что я как бы сама себе трубадура. Более того, я уверена, что уж какой-нибудь рыцарь сердца моего да разнес по миру в своих кансонах, как он однажды выскочил из куста, чтобы помочь одной даме остановить на скаку слона, а дама неожиданно оказалась трубадурой, и закончилось все тем, что слон и рыцарь были свирепой трубадуровой рукой стреножены и заброшены подале, так как случайно оказались на пути трубадуры к пылающей избе. Нет-нет, дорогие рыцари, не беспокойтесь и сидите в кустах.

Другое дело — маленькие никчемные подвиги. Как безумный коллекционер, готовый пойти на убиство ради почтовой марки, я продам душу самому дьяволу, лишь бы только положить новый маленький подвиг в мою железную банку. У меня их не так много, их вообще очень мало случается в жизни именно потому, что они маленькие и смешные. Потому что они как-то очень неуверенно отвечают на вопрос «Зачем?» Зачем сидеть в кафешке на углу два с половиной часа, рискуя ничего не дождаться, а если и дождаться, то встречи «ни про что» на две минуты? Можно ведь договориться и спокойно встретиться вечером. Зачем нестись в аэропорт к самому отлету, чтобы сказать «пока», если назавтра уже опять ехать сюда же — встречать? Зачем приезжать в семь утра с другого конца города на полчаса, чтобы приготовить завтрак и разбежаться по работам? Ведь можно волшебно встретиться через несколько часов — в обед. Зачем возвращаться за забытым у тебя ерундовым подарком на другой конец Москвы: ночью, на метро, а, вернувшись, даже не переступить порог — забрать и снова уехать? Ведь утром! Утром я тебе его привезу, ну забыл и забыл!

Мне кажется, что я всю свою жизнь расставила в голове по этим маленьким никчемным подвигам. Дорогие подарки, огромные букеты, признания — эти все слились в одно большое пятно, и я плохо помню — что, от кого, когда? Всего этого было существенно больше в моей жизни. А подвиги из железной банки — про каждый из них я помню все до мельчайших подробностей, они просто лежат там и делают мою жизнь теплее. Когда я стану совсем старенькая, я свяжу себе из них теплый свитер. Буду в нем пить чай с лимоном и хитро по-старушечьи улыбаться, зная, что кто-то в это же время достал из комода и кряхтя натягивает носки, связанные из маленьких никчемных подвигов, которые совершила я.


Самый лучший фильм

Если вечером посмотреть с моего девятого этажа в то окно, которое выходит во двор (а наш двор, к слову, оснащен камерами видеонаблюдения, но отнюдь не фонарями), то можно видеть, как на детской площадке скучились большие черные пингвины. Некоторые из пингвинов меланхолично качаются на качелях, другие, нахохлившись, сидят на бортиках песочницы. Пингвины пьют пиво, курят и ругаются матом. Это пацаны.

Вечера у нас на районе неспокойные. Невзирая на холод, грязь, темноту и камеры наблюдения, пацаны вечерами выходят прогуляться по району. Прогулявшись, пацаны берут в нашем универсаме пивасика и оседают на детских площадках. Днем на детских площадках владычествуют бабушки и няни. Они сурово блюдут чистоту и порядок. Если ты малыш Вася, то тебе строго-настрого запрещено примерзать языком к металлической горке, чтобы не мешать катанию других. А если ты миниатюрная такса Гортензия, то не вздумай пробежать случайно через площадку по-диагонаи — блюстители стерильности придут во гнев, решив, что ты бежишь сюда именно для того, чтобы присесть пописать посередине песочницы, где малыш Вася, раз уж горку нельзя лизать, тогда лопает снег. В темное же время суток детские площадки преображаются и становятся местом собраний матерящихся пацанов.

Наш дом находится недалеко от кинотеатра «Байкал», а кинотеатр «Байкал» — это для пацанов эпицентр социальной активности. Но когда старенькая бабушка увидела, как не очень трезвый пацан долбит со всей силы кулаками и ногами по лайтбоксу с афишей кинокартины «Самый Лучший Фильм—2», она от страха вовсе не пустилась бежать подальше от этого страшного места, как невинная молодая косуля, размахивая сеткой с яйцами (как она только что бежала через дорогу и подрезала маршрутку), а остановилась посмотреть. Я бы вот ни за что не остановилась. А бабушка, она же отважная, она войну прошла, и она остановилась. Посмотреть.

Это очень удивительно, что пацан не разнес вдребезги несчастный лайтбокс, потому что он долбил в морду Гарика Бульдога Харламова головой, ногами, руками, и еще периодически отходил и  с разбегу набрасывался на него всем телом так, как будто Гарик нанес пацану личное непростительное оскорбление, страшно подумать какое. Пацан рычал, и в его рычании можно было разобрать матные слова.

Бабуля постояла рядушком, понаблюдала и говорит ему строго:

— Ну что ж ты так бьешься-то? А? Ну что тебе, неймется? Напился? Иди домой!

Пацан замирает. Поворачивает к ней свое совершенно озверевшее лицо. И сразу становится очень страшно за бабушку, а она просто стоит и смотрит на него вопросительно-укоризненно, а ты судорожно думаешь: «Беги, бабуля. Беги через дорогу обратно, туда, где ты покупала яйца. Ты неплохо еще умеешь бегать, беги туда, где люди, ты еще можешь спастись». Но она ни фига никуда не бежит, а даже поставила на землю свои яйца, стоит с вопросом в глазах и ждет ответа. А пацан смотрит на нее, в глазах страдание, и говорит:

— Бабуля! Какое домой! Я обещал жену в кино сводить! А тут идет только эта срань!


Увидено Дорофеевым, записано мной.